Едва ли не самая близкая по духу к первоисточнику экранизация Шекспира. В ней Офелия Хелены Бонем-Картер представляет собой воплощенное безумие, а Гамлет очень похож на Владимира Высоцкого.

Франко Дзеффирелли известен тем, что, во-первых, очень любит Шекспира, а во-вторых – всегда очень тщательно следует первоисточнику. Его «Ромео и Джульетта» показала средневековую Верону без романтических прикрас и имеет рейтинг PG-13, что означает, что ее не следует показывать детям. Так же дословно великий итальянец решил следовать и тексту «Гамлета». В итоге и без того не самая веселая пьеса Шекспира в версии Дзефирелли получилась такой же, как и сама Дания одиннадцатого века. Говоря текстом Шекспира — «тюрьма, и одна из худших».

Романтическая театральная традиция приучила зрителей к Гамлету-ученому, меланхоличному романтику, которого легче представить с книгой, чем со шпагой в руках. Дзеффирелли же ткнул всех носом в первоисточник, и это мало кому понравилось. Он сделал датского принца решительным и мужиковатым воином, который осознает свою истинную силу и предназначение. Его герой — не бесполый умник Иннокентия Смоктуновского, не хитрец-актер Лоуренса Оливье. Гамлет Дзеффирелли — воин западного образца: решительный, трезвый и собранный, а где-то даже практичный. Он почти антиинтеллектуал (произнося знаменитый монолог «Слова, слова… », этот мужлан в раздражении выдирает страницы из книг).

Никаких светлых кудрей и тонких черт лица. У Дзеффирелли Гамлет до странного похож на Владимира Высоцкого в постановке Театра на Таганке: он коротко стрижен, бородат и одет в простую черную одежду. И играет его никто иной как «Безумный Макс» — герой боевиков Мел Гибсон, в котором до этой роли вообще мало кто подозревал драматического актера. В общем, в этом «новом» Гамлете совсем мало девичьей романтики, зато никто сомневается в том, что он и в самом деле способен заколоть шпагой подслушивающего разговор Полония.

Никто в начале 90-х не был готов видеть Мела Гибсона в серьезных ролях. Это в двухтысячные Гибсон станет режиссером, который может экранизировать самый сложный материал – включая Евангелие. А в те далекие времена «Безумный Макс» был известен в Голливуде лишь как «парень с австралийским акцентом, который не расстается с пистолетом». Никто не понял, что Гибсон – идеальный шекспировский герой, и не разглядел в «Гамлете» Дзеффирелли одну из самых мощных экранизаций, из когда-либо снятых в Голливуде. И очень зря.

Ведь даже если не брать в расчет Гибсона, то можно увидеть у Дзеффирелли и совершенно безумную Офелию Хелены Бонем-Картер, и прекрасную в своей холодности королеву Гертруду, сыгранную Гленн Клоуз и раздираемого страстями и страхами Клавдия Алана Бейтса. Добавим к этому прекрасную музыку Эннио Морриконе и поймем, что точка зрения режиссера на самую известную пьесу Шекспира, единственно верная.